Главная Технологии здоровья Первые ракетоносцы. Оружие Победы: реактивная система залпового огня «Катюша»

Первые ракетоносцы. Оружие Победы: реактивная система залпового огня «Катюша»

Когда на полигонных стрельбах бойцы и командиры попросили представителя ГАУ назвать «подлинное» имя боевой установки, тот посоветовал: «Называйте установку как обычное артиллерийское орудие. Это важно для сохранения секретности».

Нет единой версии, почему БМ-13 стали именоваться «катюшами». Существует несколько предположений:

1По названию ставшей популярной перед войной песни Блантера на слова Исаковского < КАТЮША>.

Версия убедительная, поскольку впервые батарея стреляла 14 июля 1941 года по скоплению фашистов на Базарной площади города Рудня Смоленской области. Стреляла с высокой крутой горы прямой наводкой — ассоциация с высоким крутым берегом в песне тут же возникла у бойцов. Наконец, жив бывший сержант штабной роты 217-го отдельного батальона связи 144-й стрелковой дивизии 20-й армии Андрей Сапронов, ныне — военный историк, который и дал ей это имя. Красноармеец Каширин, прибыв с ним вместе после обстрела Рудни на батарею, удивлённо воскликнул: «Вот это песенка!» «Катюша», — ответил Андрей Сапронов Через узел связи штабной роты новость о чудо-оружии по имени «Катюша» в течение суток стала достоянием всей 20-й армии, а через её командование — и всей страны. 13 июля 2010 года ветерану и «крёстному отцу» «Катюши» исполнилось 89 лет.

2По сокращению «КАТ» — есть версия, что полигонщики именно так называли БМ-13 — «Костиковские автоматические термические» (по другому источнику — «Кумулятивные артиллерийские термические»), по фамилии руководителя проекта, (правда, учитывая секретность проекта, возможность обмена информацией между полигонщиками и фронтовиками сомнительна).

3Ещё один вариант, что название связано с индексом «К» на корпусе миномёта — установки выпускались заводом имени Калинина (по другому источнику— заводом имени Коминтерна). А фронтовики любили давать прозвища оружию. Например, гаубицу М - 30 прозвали «Матушкой», пушку-гаубицу МЛ-20 — «Емелькой». Да и БМ-13 поначалу иногда именовали «Раисой Сергеевной», таким образом расшифровывая сокращение РС (реактивный снаряд).

4Четвёртая версия предполагает, что именно так окрестили эти машины девушки с московского завода «Компрессор», работавшие на сборке.

5Ещё одна, экзотичная версия. Направляющие, на которые устанавливались снаряды, назывались скатами. Сорокадвухкилограммовый снаряд поднимали два бойца, впрягшиеся в лямки, а третий обычно помогал им, подталкивая снаряд, чтобы он точно лёг на направляющие, он же сообщал державшим, что снаряд встал-закатился-накатился на направляющие. Его-то, якобы, и называли «катюшей» - роль державших снаряд и закатывающего постоянно менялась, так как расчёт БМ-13, в отличие от ствольной артиллерии, не был в явном виде разделён на заряжающего, наводящего и др.

6Следует также отметить, что установки были настолько засекречены, что даже запрещалось использовать команды «пли», «огонь», «залп», вместо них звучали «пой» или «играй» (для запуска надо было очень быстро крутить ручку электрокатушки), что, возможно, тоже было связано с песней «Катюша». Да и для пехоты залп «катюш» был самой приятной музыкой.

7Есть предположение о том, что первоначально прозвище «катюша» имел фронтовой бомбардировщик, оснащённый реактивными снарядами — аналогом М-13. И прозвище это перескочило с самолёта на ракетную установку через те же самые снаряды.

И ещё интересные факты о названиях БМ-13:

На Северо - Западный фронт установку поначалу называли «Раиса Сергеевна», таким образом расшифровывая РС - то есть реактивный снаряд.

В немецких войсках эти машины получили название «сталинские оргАны » из-за внешнего сходства реактивной установки с системой труб этого музыкального инструмента и мощного ошеломляющего рёва, который производился при запуске ракет.

Во время боёв за Познань и Берлин установки для одиночного пуска М-30 и М-31 получили от немцев прозвище «русский фаустпатрон», хотя эти снаряды использовались не как противотанковое средство. С дистанции 100—200 метров пусками этих снарядов гвардейцы пробивали любые стены.

С момента появления реактивной артиллерии - РА, её подразделения находились в подчинении Верховного Главного Командования. Они использовались для усиления стрелковых дивизий, оборонявшихся в первом эшелоне, что существенно увеличивало их огневую мощь и повышало устойчивость в оборонительном бою.Требования к применению нового оружия — массированность и внезапность.

Так же стоит отметить, что во время Великой Отечественной войны «катюша» неоднократно попадала в руки врага (первая была захвачена 22.08.1941г., юго-восточнее Старой Руссы 56-м моторизованным корпусом Манштейна, а установка БМ-8-24, захваченная на Ленинградском фронте, даже стала прототипом немецких ракетных установок 8 cm Raketen-Vielfachwerfer .

В период битвы за Москву из-за тяжёлой обстановки на фронте командование вынуждено было использовать реактивную артиллерию подивизионно. Но уже к концу 1941 года количество реактивной артиллерии в войсках значительно возросло и достигало 5-10 дивизионов в составе армий, действовавших на главном направлении. Управление огнём и маневром большого числа дивизионов, а также снабжение их боеприпасами и другими видами довольствия стало затрудняться. По решению Ставки в январе 1942 года было начато создание 20 гвардейских миномётных полков.«Гвардейский миномётный полк - ГМП артиллерии Резерва Верховного Главного Командования РВГ по штату состоял из трёх дивизионов трёхбатарейного состава. Каждая батарея имела четыре боевые машины. Таким образом залп только одного дивизиона из 12 машин БМ-13-16 ГМП (директива Ставки № 002490 запрещала использование РА в количестве менее дивизиона) по силе мог сравнится с залпом 12 тяжёлых гаубичных полков РВГК (по 48 гаубиц калибра 152 мм в полку) или 18 тяжёлых гаубичных бригад РВГК (по 32 гаубицы калибра 152 мм в бригаде).
Немаловажен был и эмоциональный эффект: во время залпа все ракеты выпускались практически одновременно — за несколько секунд землю в области цели буквально перепахивали реактивные снаряды. Подвижность установки позволяла быстро сменять позицию и избегать ответного удара противника.

17 июля 1942 районе села Налючи раздался залп 144 пусковых рам-станков, оснащённых 300-мм реактивными снарядами. Это было первое применение несколько менее знаменитого родственного оружия - "Андрюши".

В июле-августе 42-го «катюши» (три полка и отдельный дивизион) были основной ударной силой Подвижной Механизированной группы Южного фронта, на несколько дней сдержавшей наступление 1-ой танковой армии немцев к югу от Ростова. Это отражено даже в дневнике генерала Гальдера: «возросшее сопротивление русских южнее Ростова»

В августе 1942 года в городе Сочи в гараже санатория «Кавказская Ривьера» под руководством начальника подвижной ремонтной мастерской № 6 военного инженера III ранга А.Алфёрова был создан переносной вариант установки на базе снарядов М-8, получивший впоследствии название «горная катюша». Первые «горные катюши» поступили на вооружение 20-й Горнострелковой дивизии и были применены в боях на Гойтхском перевале. В феврале — марте 1943 года два дивизиона «горных катюш» вошли в состав войск, оборонявших легендарный плацдарм на Малой земле под Новороссийском. Кроме этого в Сочинском паровозном депо были созданы 4 установки на базе дрезин, которые использовались для защиты города Сочи с берега. Восемью установками был оборудован тральщик «Скумбрия», который прикрывал десант на Малую землю

В сентябре 43-го манёвр «катюш» вдоль линии фронта позволил осуществить внезапный фланговый удар на Брянском фронте. Во время артподготовки было израсходовано 6000 реактивных снарядов и лишь 2000 ствольных. В итоге немецкая оборона оказалась «свёрнута» в полосе целого фронта — на 250 километров.

Прославленная установка «Катюша» была запущена в серию за несколько часов до нападения гитлеровской Германии на СССР. Использовалась система залпового огня реактивной артиллерии для массированных ударов по площадям, обладала средней прицельной дальностью стрельбы.

Хронология создания боевых машин реактивной артиллерии

Желатиновый порох был создан в 1916 году отечественным профессором И. П. Граве. Дальнейшая хронология развития реактивной артиллерии СССР выглядит следующим образом:

через пять лет, уже в СССР начались разработки реактивного снаряда В. А. Артемьевым и Н. И. Тихомировым;
в период 1929 – 1933 г.г. группа под руководством Б. С. Петропавловского создали прототип снаряда для РСЗО, но установки для запуска использовались наземные;
на вооружение ВВС реактивные снаряды поступили в 1938 году, маркировались РС-82, устанавливались на истребители И-15, И-16;
в 1939 году их использовали на Халхин-Голе, затем стали комплектовать боезаряды из РС-82 для бомбардировщиков СБ и штурмовиков л-2;
начиная с 1938 года, другая группа разработчиков – Р. И. Попов, А. П. Павленко, В. Н. Галковский и И. И. Гвай – трудились над многозарядной установкой высокой мобильности на колесном шасси;
последнее удачное испытание перед запуском БМ-13 в серийное производство завершилось 21 июня 1941 года, то есть за несколько часов до нападения фашистской Германии на СССР.

На пятый день войны аппарат Катюша в количестве 2 боевых единиц поступил на вооружение главного артуправления. Через два дня, 28 июня из них и 5 опытных образцов, участвовавших в испытаниях, была сформирована первая батарея.

Первый боевой залп Катюши официально состоялся 14 июля. Зажигательными снарядами с термитной начинкой был обстрелян город Рудня, занятый немцами, через два дня – переправа через реку Оршица в районе ж/д станции Орша.

История прозвища Катюша

Поскольку точных объективных сведений история Катюши, как прозвища РСЗО, не имеет, существует несколько правдоподобных версий:

часть снарядов имела зажигательную начинку с маркировкой КАТ, обозначающей заряд «Костикова автоматический термитный»;
бомбардировщики эскадрильи СБ, вооруженные снарядами РС-132, принимающих участие в боевых действиях на Халхин-Голе, прозвали Катюшами;
в строевых частях ходила легенда о девушке-партизанке с таким именем, прославившейся уничтожением большого количества фашистов, с которой и сравнивали залп Катюши;
реактивный миномет имел на корпусе маркировку К (завод Коминтерна), а бойцы любили давать технике ласковые прозвища.

В пользу последнего свидетельствует тот факт, что ранее реактивные снаряды с обозначением РС называли Раисой Сергеевной, гаубицу МЛ-20 Емелей, а М-30 Матушкой, соответственно.

Однако самым поэтичным вариантом прозвища считается песня Катюша, ставшая популярной перед самой войной. Корреспондент А. Сапронов опубликовал в газете Россия в 2001 году заметку о разговоре двух красноармейцев сразу после залпа РСЗО, в котором один из них назвал его песней, а второй уточнил название этой песни.

Аналоги прозвищ РСЗО

В годы войны реактивная установка БМ со снарядом 132 мм была не единственным вооружением с собственным именем. По аббревиатуре МАРС минометная артиллерия реактивных снарядов (минометные установки) получили прозвище Маруся.

Миномет МАРС — Маруся

Даже немецкий буксируемый миномет Nebelwerfer советские солдаты в шутку называли Ванюшей.

Миномет Nebelwerfer — Ванюша

При площадной стрельбе залп Катюши превосходил урон от Ванюши и более современных аналогов немцев, появившихся в конце войны. Модификации БМ-31-12 пытались дать прозвище Андрюша, но оно не прижилось, поэтому по крайней мере до 1945 года Катюшами называли любые отечественные системы РСЗО.

Характеристики установки БМ-13

Создавалась установка залпового огня БМ 13 Катюша для уничтожения крупных скоплений противника, поэтому основными технико-тактическими характеристиками являлись:

мобильность – РСЗО должна была быстро разворачиваться, производить несколько залпов и мгновенно менять позицию до уничтожения противника;
огневая мощь – из МР-13 формировались батареи из нескольких установок;
низкая себестоимость – в конструкцию добавлен подрамник, что позволило собирать артиллерийскую часть РСЗО на заводе, и монтировать ее на шасси любого транспортного средства.

Таким образом, оружие победы было установлено на ж/д, авиа и наземный транспорт, а себестоимость производства снизилась на 20% минимум. Боковые и задние стенки кабины бронировались, на лобовое стекло устанавливались защитные пластины. Броней защищался бензопровод и бак с горючим, что резко повысило «живучесть» техники и выживаемость боевых расчетов.

Скорость наведения повысилась за счет модернизации поворотного и подъемного механизмов, устойчивости в боевом и походном положении. Даже в развернутом состоянии Катюша могла перемещаться по пересеченной местности в пределах нескольких километров с небольшой скоростью.

Боевой расчет

Для управления БМ-13 использовался экипаж минимум из 5 человек, максимум из 7 человек:

водитель – перемещение РСЗО, разворачивание в боевое положение;
заряжающие – 2 – 4 бойца, устанавливающие снаряды на направляющие в течение 10 минут максимум;
наводчик – обеспечение прицеливания подъемным и поворотным механизмами;
командир орудия – общее руководство, взаимодействие с другими расчетами подразделения.

Поскольку начал выпускаться с конвейера гвардейский реактивный миномет БМ уже во время войны, готовой структуры боевых подразделений не существовало. Вначале формировались батареи – 4 установки МР-13 и 1 зенитная пушка, затем дивизион из 3 батарей.

За один залп полка техника и живая сила противника уничтожалась на территории 70 – 100 гектаров взрывом 576 снарядов, выпущенных в течение 10 секунд. Согласно директиве 002490 ставке запрещалось использование Катюш числом менее дивизиона.

Вооружение

Осуществлялся залп Катюши в течение 10 секунд 16-ю снарядами, каждый из которых обладал характеристиками:

калибр – 132 мм;
масса – заряд глицеринового пороха 7,1 кг, разрывной заряд 4,9 кг, реактивный двигатель 21 кг, боевая часть 22 кг, снаряд со взрывателем 42,5 кг;
размах лопастей стабилизатора – 30 см;
длина снаряда – 1,4 м;
ускорение – 500 м/с 2 ;
скорость – дульная 70 м/с, боевая 355 м/с;
дальность – 8,5 км;
воронка – 2,5 м в диаметре максимум, 1 м глубиной максимум;
радиус поражения – 10 м проектный 30 м реальный;
отклонение – 105 м по дальности, 200 м боковое.

Снарядам М-13 был присвоен баллистический индекс ТС-13.

Пусковая установка

Когда началась война, залп Катюши производился с рельсовых направляющих. Позже они были заменены направляющими сотового типа для увеличения боевой мощности РСЗО, затем спирального типа для увеличения точности огня.

Для увеличения точности вначале применялся специальный прибор стабилизатор. Затем его заменили спирально расположенными соплами, которые закручивали ракету во время полета, снижая разброс по местности.

История применения

Летом 1942 года боевые машины залпового огня БМ 13 в количестве трех полков и дивизиона усиления стали мобильной ударной силой на Южном фронте, помогали сдерживать наступление 1 танковой армии противника возле Ростова.

Примерно в это же время в Сочи был изготовлен переносной вариант – «горная Катюша» для 20 горнострелковой дивизии. В 62 армии путем монтажа пусковых установок на танк Т-70 был создан дивизион РСЗО. Город Сочи обороняли с берега 4 дрезины на рельсах с установками М-13.

Во время Брянской операции (1943 год) установки залпового огня были растянуты по всему фронту, позволив отвлечь немцев для осуществления флангового удара. В июле 44-го года одновременный залп 144 установок БМ-31 резко сократил численность скопившихся сил гитлеровских подразделений.

Локальные конфликты

Китайские войска использовали 22 РСЗО в ходе артподготовки перед битвой за Треугольную сопку во время Корейской войны в октябре 1952 года. Позже установки залпового огня БМ-13, поставлявшиеся до 1963 года из СССР, применялись в Афганистане правительством. Катюша до недавнего времени оставалась на вооружении в Камбодже.

«Катюша» против «Ванюши»

В отличие от советской установки БМ-13 немецкая РСЗО Nebelwerfer фактически являлась шестиствольным минометом:

в качестве рамы использован лафет от противотанкового орудия 37 мм;
направляющими для снарядов служат шесть 1,3 м стволов, объединенных обоймами в блоки;
поворотный механизм обеспечивал 45 градусный угол возвышения и сектор горизонтального обстрела 24 градуса;
боевая установка опиралась на откидной упор и раздвижные станины лафета, колеса вывешивались.

Стрелял миномет турбореактивными ракетами, точность которых обеспечивалась вращением корпуса в пределах 1000 об/сек. На вооружении германских войск имелось несколько мобильных минометных установок на полугусеничной базе бронетранспортера Maultier с 10 стволами для 150 мм ракет. Однако вся немецкая реактивная артиллерия была создана для решения другой задачи – химической войны с использованием боевых отравляющих веществ.

На период 1941 года немцы уже создали мощные отравляющие вещества Зоман, Табун, Зарин. Однако в ВОВ ни одно из них использовано не было, огонь велся исключительно дымовыми, фугасными и зажигательными минами. Основная часть реактивной артиллерии была смонтирована на базе буксируемых лафетов, что резко снижало мобильность подразделений.

Точность попадания по цели у немецкого РСЗО была выше, чем у Катюши. Однако советское вооружение было пригодно для массированных ударов по большим площадям, обладало мощным психологическим эффектом. При буксировке скорость Ванюши была ограничена 30 км/ч, после двух залпов производилась смена позиции.

Захватить образец М-13 немцам удалось только в 1942 году, однако практической пользы это не принесло. Секрет был в пороховых шашках на основе бездымного пороха на основе нитроглицерина. Воспроизвести технологию его производства Германии не удалось, до конца войны использовалась собственная рецептура топлива для ракет.

Модификации Катюши

Изначально установка БМ-13 базировалась на шасси ЗиС-6, стреляла реактивными снарядами М-13 с рельсовых направляющих. Позже появились модификации РСЗО:

БМ-13Н – с 1943 года в качестве шасси использовался Студебеккер US6;
БМ-13НН – сборка на автомобиле ЗиС-151;
БМ-13НМ – шасси от ЗИЛ-157, на вооружении с 1954 года;
БМ-13НММ – с 1967 года сборка на ЗИЛ-131;
БМ-31 – снаряд 310 мм в диаметре, направляющие сотового типа;
БМ-31-12 – количество направляющих увеличено до 12 штук;
БМ-13 СН – направляющие спирального типа;
БМ-8-48 – снаряды 82 мм, 48 направляющих;
БМ-8-6 – на базе станковых пулеметов;
БМ-8-12 – на шасси мотоциклов и аросаней;
БМ30-4 т БМ31-4 – рамы с опиранием на грунт с 4 направляющими;
БМ-8-72, БМ-8-24 и БМ-8-48 – монтировались на ж/д платформах.

Оборудовались минометными установками танки Т-40, позже Т-60. Их ставили на гусеничное шасси после демонтажа башни. Союзники СССР поставляли по ленд-лизу вездеходы Остин, Интернешнл Джи-Эм-Си и Форд Мамон, идеально подходившие для шасси установок, используемых в горных условиях.

Несколько М-13 было смонтировано на легкие танки КВ-1, но их слишком быстро сняли с производства. В Карпатах, Крыму, на Малой Земле, а затем в Китае и Монголии, Северной Корее применялись торпедные катера с РСЗО на борту.

Считается, что вооружение Красной армии составляло 3374 Катюши БМ-13, из них 1157 на 17 типах нестандартных шасси, 1845 единиц техники на Студебеккерах и 372 на машинах ЗиС-6. Ровно половина БМ-8 и Б-13 утеряны безвозвратно в ходе боев (1400 и 3400 единиц техники, соответственно). Из 1800 выпущенных БМ-31 утрачено 100 единиц техники из 1800 комплектов.

С ноября 1941 года по май 1945 года численность дивизионов возросла с 45 до 519 единиц. Относились эти подразделения к резерву артиллерии Верховного командования Красной армии.

Памятники БМ-13

В настоящее время все военные установки РСЗО на базе ЗиС-6 сохранились исключительно в виде мемориалов и памятников. Они размещаются в СНГ следующим образом:

бывший НИИТП (Москва);
«Военная горка» (Темрюк);
Нижегородский Кремль;
Лебедин-Михайловка (Сумская область);
памятник в Кропивницком;
мемориал в Запорожье;
Артиллерийский музей (Санкт-Петербург);
музей ВОВ (Киев);
монумент Славы (Новосибирск);
въезд в Армянск (Крым);
Севастопольская диорама (Крым);
11 павильон ВКС Патриот (Кубинка);
Новомосковский музей (Тульская область);
мемориал в Мценске;
комплекс мемориальный в Изюме;
музей Корсунь-Шевченской битвы (Черкасская область);
военный музей в Сеуле;
музей в Белгороде;
музей ВОВ в д. Падиково (Московская область);
ОАО Кировский машзавод 1 Мая;
мемориал в Туле.

Используется Катюша в нескольких компьютерных играх, две боевые машины остаются на вооружении ВС Украины.

Таким образом, установка РСЗО Катюша была мощным психологическим и ракетно-артиллерийским орудием во время ВОВ. Вооружение использовалось для массированных ударов по большому скоплению войск, на момент войны превосходило аналоги противника.

"Катюши" на улицах Берлина.
Фото из книги "Великая Отечественная война"

Женское имя Катюша вошло в историю России да и в мировую историю как название одного из самых страшных видов вооружения Второй мировой войны. В то же время ни один из видов оружия не был окружен такой завесой секретности и дезинформации.

СТРАНИЦЫ ИСТОРИИ

Сколько наши отцы-командиры не секретили матчасть «Катюши», она уже через несколько недель после первого боевого применения попала в руки немцев и перестала быть секретом. А вот история создания «Катюши» долгие годы хранилась «за семью печатями» как из-за идеологических установок, так и из-за амбиций конструкторов.

Вопрос первый – почему реактивная артиллерия была применена лишь в 1941 году? Ведь пороховые ракеты использовались еще китайцами тысячу лет назад. В первой половине XIX века ракеты довольно широко использовались в европейских армиях (ракеты В. Конгрева, А. Засядко, К. Константинова и другие). Увы, боевое применение ракет было ограничено их огромным рассеиванием. Поначалу для их стабилизации использовались длинные шесты из дерева или железа – «хвосты». Но эффективны такие ракеты были лишь для поражения площадных целей. Так, к примеру, в 1854 году англо-французы с гребных барказов обстреливали ракетами Одессу, а русские в 50–70-х годах XIX века – среднеазиатские города.

Но с введением нарезных орудий пороховые ракеты становятся анахронизмом, и между 1860–1880 годами они снимаются с вооружения всех европейских армий (в Австрии – в 1866 году, в Англии – в 1885-м, в России – в 1879-м). В 1914 году в армиях и флотах всех стран остались лишь сигнальные ракеты. Тем не менее русские изобретатели постоянно обращались в Главное артиллерийское управление (ГАУ) с проектами боевых ракет. Так, в сентябре 1905 года Артиллерийский комитет отклонил проект фугасной ракеты. Боевая часть этой ракеты была начинена пироксилином, а в качестве топлива использовался не черный, а бездымный порох. Причем молодцы из ГАУ не пытались даже проработать интересный проект, а отмели его с порога. Любопытно, что проектантом был┘ иеромонах Кирик.

Лишь в ходе Первой мировой войны возродился интерес к ракетам. Основных причин этому три. Во-первых, были созданы медленногорящие пороха, что позволило резко увеличить скорость полета и дальность стрельбы. Соответственно с увеличением скорости полета появилась возможность эффективно использовать крыльевые стабилизаторы и улучшить кучность стрельбы.

Вторая причина: необходимость создания мощного оружия для аэропланов Первой мировой войны – «летающих этажерок».

И, наконец, самая главная причина – ракета лучше всего подходила в качества средства доставки химического оружия.

ХИМИЧЕСКИЙ СНАРЯД

Еще 15 июня 1936 года начальнику химического управления РККА корпусному инженеру Я. Фишману представили отчет директора РНИИ военинженера 1 ранга И. Клейменова и начальника 1-го отдела военинженера 2 ранга К. Глухарева о предварительных испытаниях 132/82-мм ракетно-химических мин ближнего действия. Этот боеприпас дополнял 250/132-мм химическую мину ближнего действия, испытания которой завершились к маю 1936 года. Таким образом, «РНИИ закончил всю предварительную разработку вопроса о создании мощного средства химического нападения ближнего действия, ожидает от Вас общего заключения по испытаниям и указания о необходимости дальнейших работ в этом направлении. Со своей стороны, РНИИ считает необходимым теперь же выдать опытно-валовый заказ на изготовление РХМ-250 (300 штук) и РХМ-132 (300 штук) с целью проведения полигонных и войсковых испытаний. Оставшиеся от предварительных испытаний пять штук РХМ-250, из которых три – на Центральном химическом полигоне (ст. Причернавская) и три РХМ-132 можно использовать для дополнительных испытаний по Вашим указаниям».

Согласно отчету РНИИ по основной деятельности за 1936 год по теме № 1 были изготовлены и испытаны образцы 132-мм и 250-мм химических реактивных снарядов с емкостью боевой части на 6 и 30 литров ОВ. Испытания, проведенные в присутствии начальника ВОХИМУ РККА, дали удовлетворительные результаты и получили положительную оценку. Но ВОХИМУ ничего не сделало для внедрения этих снарядов в РККА и дало РНИИ новые задания на снаряды с большей дальностью.

Впервые о прототипе «Катюши» (БМ-13) было упомянуто 3 января 1939 года в письме наркома оборонной промышленности Михаила Кагановича своему брату – заместителю председателя Совнаркома Лазарю Кагановичу: «В октябре 1938 года автомобильная механизированная ракетная установка для организации внезапного химического нападения на противника в основном прошла заводские испытания отстрелом на Софринском контрольно-испытательном артиллерийском полигоне и в настоящее время проходит полигонные испытания на Центральном военно-химическом полигоне в Причернавской».

Обратим внимание, заказчики будущей «Катюши» – военные химики. Финансирование работ тоже велось по линии Химуправления и, наконец, боевые части ракет исключительно химические.

132-мм химические снаряды РХС-132 были испытаны стрельбой на Павлоградском артиллерийском полигоне 1 августа 1938 года. Огонь велся одиночными снарядами и сериями по 6 и 12 снарядов. Продолжительность стрельбы серией полным боезапасом не превышала 4 секунд. За это время района цели достигло 156 л ОВ, что в пересчете на артиллерийский калибр 152 мм было равноценно 63 артиллерийским снарядам при стрельбе залпом 21 трехорудийной батареи или 1,3 артполка при условии, что огонь велся нестойкими ОВ. Испытания акцентировали внимание на то, что расход металла на 156 л ОВ при стрельбе реактивными снарядами составлял 550 кг, в то время как при стрельбе химическими 152-мм снарядами вес металла составлял 2370 кг, то есть в 4,3 раза больше.

В отчете об испытаниях говорилось: «Автомобильная механизированная ракетная установка для химического нападения при испытании показала значительные преимущества перед артиллерийскими системами. На трехтонной машине установлена система, способная вести как одиночный огонь, так и серией в 24 выстрела в течение 3 секунд. Скорость передвижения – обычная для грузового автомобиля. Перевод из походного в боевое положение занимает 3–4 минуты. Ведение огня – из кабины водителя или из укрытия.

БЧ одного РХС (реактивно-химического снаряда. – «НВО») вмещает 8 л ОВ, а в артиллерийских снарядах аналогичного калибра – всего 2 л. Для создания мертвой зоны на площади 12 га достаточно одного залпа с трех грузовиков, что заменяет 150 гаубиц или 3 артполка. На дистанции 6 км площадь заражения ОВ одним залпом составляет 6–8 га».

Замечу, что и немцы свои установки залпового огня готовили также исключительно для химической войны. Так, в конце 1930-х годов германским инженером Небелем был спроектирован 15-см реактивный снаряд и шестиствольная трубчатая установка, которую немцы называли шестиствольным минометом. Испытания миномета были начаты в 1937 году. Система получила наименование «15-см дымовой миномет типа «Д». В 1941 году ее переименовали в 15 cm Nb.W 41 (Nebelwerfer), то есть 15-см дымовой миномет обр. 41. Естественно, основным их назначением была не постановка дымовых завес, а стрельба реактивными снарядами, начиненными отравляющими веществами. Интересно, что советские солдаты называли 15 cm Nb.W 41 «Ванюшами», по аналогии с М-13, называемыми «Катюшами».

Первый пуск прообраза «Катюши» (конструкции Тихомирова и Артемьева) состоялся в СССР 3 марта 1928 года. Дальность полета 22,7-кг ракеты составила 1300 м, а в качестве пусковой установки был использован миномет системы Ван-Дерена.

Калибр наших ракет периода Великой Отечественной войны – 82 мм и 132 мм – был определен не чем иным, как диаметром пороховых шашек двигателя. Семь 24-мм пороховых шашек, плотно уложенных в камеру сгорания, дают диаметр 72 мм, толщина стенок камеры – 5 мм, отсюда диаметр (калибр) ракеты – 82 мм. Семь более толстых (40-мм) шашек таким же образом дают калибр 132 мм.

Важнейшим вопросом при конструировании реактивных снарядов стал способ стабилизации. Советские конструкторы предпочли оперенные реактивные снаряды и придерживались этого принципа до конца войны.

В 1930-е годы были испытаны ракеты с кольцевым стабилизатором, не выходящим за габариты снаряда. Такими снарядами можно было стрелять из трубчатых направляющих. Но испытания показали, что с помощью кольцевого стабилизатора добиться устойчивого полета невозможно. Затем отстреляли 82-мм ракеты с размахом четырехлопастного оперения в 200, 180, 160, 140 и 120 мм. Результаты были вполне определенные – с уменьшением размаха оперения уменьшались устойчивость полета и кучность. Оперение же с размахом более 200 мм смещало центр тяжести снаряда назад, что также ухудшало устойчивость полета. Облегчение оперения за счет уменьшения толщины лопастей стабилизатора вызывало сильные колебания лопастей вплоть до их разрушения.

В качестве пусковых для оперенных ракет были приняты желобковые направляющие. Опыты показали, что чем они длиннее, тем выше кучность снарядов. Длина в 5 м для РС-132 стала максимальной из-за ограничений по железнодорожным габаритам.

Замечу, что немцы стабилизировали свои ракеты до 1942 года исключительно вращением. В СССР также испытывали турбореактивные ракеты, но в массовое производство они не пошли. Как у нас часто бывает, причиной неудач при испытаниях объяснили не убогостью исполнения, а нерациональностью принципиальной схемы.

ПЕРВЫЕ ЗАЛПЫ

Нравится нам или нет, но впервые в Великой Отечественной войне системы залпового огня применили немцы 22 июня 1941 года под Брестом. «И вот стрелки показали 03.15, прозвучала команда «Огонь!», и начался дьявольский танец. Заходила ходуном земля. Девять батарей 4-го полка минометов специального назначения тоже внесли свой вклад в адскую симфонию. За полчаса 2880 снарядов со свистом промчались над Бугом и обрушились на город и крепость на восточном берегу реки. Тяжелые 600-мм мортиры и 210-мм орудия 98-го артиллерийского полка обрушивали свои залпы на укрепления цитадели и поражали точечные цели – позиции советской артиллерии. Казалось, от крепости камня на камне не останется».

Так историк Пауль Карель описал первое применение 15-см реактивных минометов. Кроме того, немцы в 1941 году использовали тяжелые 28-см фугасные и 32-см зажигательные турбореактивные снаряды. Снаряды были надкалиберные и имели один пороховой двигатель (диаметр двигательной части 140 мм).

28-см фугасная мина при прямом попадании в каменный дом его полностью разрушала. Мина успешно разрушала укрытия полевого типа. Живые цели в радиусе нескольких десятков метров поражались взрывной волной. Осколки мины летели на дистанцию до 800 м. Головная часть содержала 50 кг жидкого тротила или амматола марки 40/60. Любопытно, что и 28-см, и 32-см германские мины (ракеты) транспортировали и запускали из простейшей деревянной укупорки типа ящика.

Первое же применение «Катюш» состоялось 14 июля 1941 года. Батарея капитана Ивана Андреевича Флёрова произвела из семи пусковых установок два залпа по железнодорожной станции Орша. Появление «Катюши» явилось полной неожиданностью для руководства Абвера и Вермахта. Главное командование сухопутных сил Германии 14 августа оповещало свои войска: «Русские имеют автоматическую многоствольную огнеметную пушку┘ Выстрел производится электричеством. Во время выстрела образуется дым┘ При захвате таких пушек немедленно сообщать». Через две недели появилась директива, озаглавленная «Русское орудие, метающее ракетообразные снаряды». В ней говорилось: «┘Войска доносят о применении русскими нового вида оружия, стреляющего реактивными снарядами. Из одной установки в течение 3–5 секунд может быть произведено большое число выстрелов┘ О каждом появлении этих орудий надлежит донести генералу, командующему химическими войсками при верховном командовании, в тот же день».

Откуда взялось название «Катюша», доподлинно неизвестно. Любопытна версия Петра Гука: «И на фронте, и потом, после войны, когда знакомился с архивами, беседовал с ветеранами, читал их выступления в печати, я встречал самые разные объяснения тому, как грозное оружие получило девичье имя. Кое-кто считал, что начало было положено буквой «К», которую ставили воронежские коминтерновцы на своей продукции. В войсках ходила легенда, будто названы гвардейские минометы по имени лихой девушки-партизанки, уничтожившей немало гитлеровцев».

Когда на полигонных стрельбах бойцы и командиры попросили представителя ГАУ назвать «подлинное» имя боевой установки, тот посоветовал: «Называйте установку как обычное артиллерийское орудие. Это важно для сохранения секретности».

Вскоре у «Катюши» объявился младший брат по имени «Лука». В мае 1942 года группа офицеров Главного управления вооружений разработала снаряд М-30, в котором к ракетному двигателю от М-13 присоединялась мощная надкалиберная головная часть, выполненная в форме эллипсоида, с максимальным диаметром 300 мм.

После успешных полигонных испытаний, 8 июня 1942 года Государственный комитет обороны (ГКО) издал постановление о принятии на вооружение М-30 и начале его серийного производства. В сталинские времена все важные проблемы решались быстро, и уже к 10 июля 1942 года были созданы первые 20 гвардейских минометных дивизионов М-30. Каждый из них имел трехбатарейный состав, батарея насчитывала 32 четырехзарядные одноярусные пусковые установки. Дивизионный залп соответственно составлял 384 снаряда.

Первое боевое применение М-30 состоялось в 61-й армии Западного фронта в районе города Белева. Днем 5 июня на позиции немцев в Аннино и Верхних Дольцах с громоподобным ревом обрушились два полковых залпа. Обе деревни были стерты с лица земли, после чего пехота заняла их без потерь.

Мощность снарядов «Лука» (М-30 и его модификации М-31) производила большое впечатление как на противника, так и на наших солдат. О «Луке» на фронте ходило много разных предположений и выдумок. Одна из легенд состояла в том, что будто бы боевая часть ракеты начинена каким-то специальным, особо мощным, взрывчатым веществом, способным сжигать все в районе разрыва. На самом деле в боеголовках применялись обычные взрывчатые вещества. Исключительный эффект действия снарядов «Лука» достигался за счет залповой стрельбы. При одновременном или почти одновременном взрыве целой группы снарядов вступал в силу закон сложения импульсов от ударных волн.

Снаряды М-30 имели фугасную, химическую и зажигательную боеголовки. Однако в основном применялась фугасная боеголовка. За характерную форму головной части М-30 фронтовики называли его «Лукой Мудищевым» (герой одноименной поэмы Баркова). Естественно, что это прозвище, в отличие от растиражированной «Катюши», официальная пресса предпочитала не упоминать. «Лука», подобно германским 28-см и 30-см снарядам, запускался из деревянного укупорочного ящика, в котором он доставлялся с завода. Четыре, а позже восемь таких ящиков ставили на специальную раму, в результате чего получалась простейшая пусковая установка.

Надо ли говорить, что после войны журналистская и писательская братия к месту и не к месту поминала «Катюшу», но предпочла забыть ее куда более грозного братика «Луку». В 1970–1980-е годы при первом же упоминании «Луки» ветераны с удивлением спрашивали меня: «Ты-то откуда знаешь? Ты ж не воевал».

ПРОТИВОТАНКОВЫЙ МИФ

«Катюша» была первоклассным оружием. Как часто бывает, отцы-командиры пожелали, чтобы она стала универсальным оружием, в том числе и противотанковым средством.

Приказ есть приказ, и в штабы понеслись победные реляции. Если верить секретному изданию «Полевая реактивная артиллерия в Великой Отечественной войне» (Москва, 1955), то на Курской дуге за два дня в трех эпизодах «Катюшами» было уничтожено 95 вражеских танков! Будь это правдой, то следовало бы расформировать противотанковую артиллерию и заменить ее установками залпового огня.

В чем-то на огромные цифры подбитых танков влияло то, что за каждый подбитый танк расчет боевой машины получал 2000 руб., из них 500 руб. – командиру, 500 руб. – наводчику, остальное – остальным.

Увы, из-за огромного рассеивания стрельба по танкам малоэффективна. Вот я беру в руки скучнейшую брошюру «Таблицы стрельбы реактивными снарядами М-13» издания 1942 года. Из нее следует, что при дальности стрельбы 3000 м отклонение по дальности составляло 257 м, а боковое – 51 м. Для меньших расстояний отклонение по дальности вообще не приводилось, так как рассеивание снарядов не поддавалось расчету. Нетрудно представить вероятность попадания реактивного снаряда в танк на такой дистанции. Если же теоретически представить, что боевая машина как-то ухитрилась выстрелить в танк в упор, то и тут дульная скорость 132-мм снаряда составляла всего 70 м/с, что явно недостаточно, чтобы пробить броню «Тигра» или «Пантеры».

Здесь недаром оговорен год издания таблиц стрельбы. По таблицам стрельбы ТС-13 одного и того же реактивного снаряда М-13 среднее отклонение по дальности в 1944 году составляет 105 м, а в 1957 году – 135 м, а боковое соответственно 200 и 300 м. Очевидно, что вернее таблицы 1957 года, в которых рассеивание увеличилось почти в 1,5 раза, так что в таблицах 1944 года имеют место ошибки в расчетах или, скорее всего, преднамеренная фальсификация для поднятия боевого духа личного состава.

Спору нет, если снаряд М-13 попадет в средний или легкий танк, то он будет выведен из строя. Лобовую же броню «Тигра» снаряд М-13 пробить не в состоянии. Но чтобы гарантированно попасть в одиночный танк с дистанции тех же 3 тыс. м, надо выпустить от 300 до 900 снарядов М-13 из-за их огромного рассеивания, на меньших же расстояниях потребуется еще большее число ракет.

А вот иной пример, рассказанный ветераном Дмитрием Лозой. В ходе Уманско-Ботошанской наступательной операции 15 марта 1944 года два «Шермана» из 45-й механизированной бригады 5-го мехкорпуса застряли в грязи. Десант с танков спрыгнул и отступил. Немецкие солдаты обступили застрявшие танки, «замазали грязью смотровые щели, залепили черноземом прицельные отверстия в башне, полностью ослепив экипаж. Стучали по люкам, пытались их открыть штыками винтовок. И все горланили: «Рус, капут! Сдавайтися!» Но тут выехали две боевые машины БМ-13. «Катюши» передними колесами быстро спустились в кювет и дали залп прямой наводкой. Яркие огненные стрелы с шипением и свистом устремились в лощину. Через мгновение ослепительное пламя заплясало вокруг. Когда дым от взрывов ракет рассеялся, танки стояли на первый взгляд невредимыми, только корпуса и башни были покрыты густой копотью┘

Исправив повреждения гусениц, выкинув обгоревшие брезенты, «Эмча» ушли на Могилев-Подольский». Итак, по двум «Шерманам» в упор выпустили тридцать два 132-мм снаряда М-13, и у них┘ лишь обгорел брезент.

СТАТИСТИКА ВОЙНЫ

Первые установки для стрельбы М-13 имели индекс БМ-13-16 и монтировались на шасси автомобиля ЗИС-6. На этом же шасси монтировали и 82-мм пусковую установку БМ-8-36. Автомобилей ЗИС-6 было всего несколько сотен, а в начале 1942 года выпуск их прекратили.

Пусковые установки ракет М-8 и М-13 в 1941–1942 годах монтировали на чем угодно. Так, шесть направляющих снарядов М-8 устанавливали на станки от пулемета «Максим», 12 направляющих М-8 – на мотоцикле, санях и аэросанях (М-8 и М-13), танках Т-40 и Т-60, бронированных железнодорожных платформах (БМ-8-48, БМ-8-72, БМ-13-16), речных и морских катерах и т.д. Но в основном пусковые установки в 1942–1944 годах монтировались на автомобилях, полученных по ленд-лизу: «Остин», «Додж», «Форд-Мармон», «Бедфорд» и т.д. За 5 лет войны из 3374 использованных под боевые машины шасси на ЗИС-6 приходится 372 (11%), на «Студебеккер» – 1845 (54,7%), на остальные 17 типов шасси (кроме «Виллиса» с горными пусковыми установками) – 1157 (34,3%). Наконец, было решено стандартизировать боевые машины на базе автомобиля «Студебеккер». В апреле 1943 года такую систему приняли на вооружение под индексом БМ-13Н (нормализованная). В марте 1944 года принимается самоходная пусковая установка для М-13 на шасси «Студебеккера» БМ-31-12.

Но в послевоенные годы о «Студебеккерах» велено было забыть, хотя боевые машины на его шасси состояли на вооружении до начала 1960-х годов. В секретных наставлениях «Студебеккер» именовался «машиной повышенной проходимости». На многочисленных постаментах вознеслись «Катюши»-мутанты на шасси ЗИС-5 или автомобилей послевоенных типов, которые упорно выдаются за подлинные боевые реликвии, но подлинная БМ-13-16 на шасси ЗИС-6 сохранилась только в Артиллерийском музее в Санкт-Петербурге.

Как уже говорилось, немцы еще в 1941 году захватили несколько пусковых установок и сотни снарядов 132-мм М-13 и 82-мм М-8. Командование вермахта считало, что их турбореактивные снаряды и трубчатые пусковые установки с направляющими револьверного типа лучше советских снарядов с крыльевой стабилизацией. А вот СС занялось М-8 и М-13 и приказало фирме «Шкода» их скопировать.

В 1942 году на базе 82-мм советского снаряда М-8 в Зброевке были созданы реактивные снаряды 8 cm R.Sprgr. Фактически это был новый снаряд, а не копия М-8, хотя внешне германский снаряд был очень похож на М-8.

В отличие от советского снаряда перья стабилизатора были поставлены косо под углом 1,5 градуса к продольной оси. За счет этого происходило вращение снаряда в полете. Скорость вращения была во много раз меньше, чем у турбореактивного снаряда, и не играла никакой роли в стабилизации снаряда, но зато устраняла эксцентриситет тяги односоплового ракетного двигателя. А ведь эксцентриситет, то есть смещение вектора тяги двигателя из-за неравномерного горения пороха в шашках, и был основной причиной низкой кучности советских ракет типа М-8 и М-13.

На базе советских М-13 фирма «Шкода» создала для СС и люфтваффе целый ряд 15-см ракет с косопоставленными крыльями, но они выпускались малыми сериями. Наши войска захватили несколько образцов германских 8-см снарядов, и наши конструкторы на их базе сделали собственные образцы. Ракеты М-13 и М-31 с косопоставленным оперением были приняты на вооружение Красной Армии в 1944 году, им присвоили специальные баллистические индексы – ТС-46 и ТС-47.

Апофеозом боевого применения «Катюши» и «Луки» стал штурм Берлина. Всего к участию в Берлинской операции привлекалось более 44 тысяч орудий и минометов, а также 1785 пусковых станков М-30 и М-31, 1620 боевых машин реактивной артиллерии (219 дивизионов). В боях за Берлин части реактивной артиллерии использовали богатый опыт, приобретенный ими в боях за Познань, который заключался в стрельбе прямой наводкой одиночными снарядами М-31, М-20 и даже М-13.

На первый взгляд такой способ ведения огня может показаться примитивным, но результаты его оказались весьма значительными. Стрельба одиночными реактивными снарядами в ходе боев в таком огромном городе, как Берлин, нашла самое широкое применение.

Для ведения такого огня в гвардейских минометных частях создавались штурмовые группы примерно следующего состава: офицер – командир группы, электротехник, 25 сержантов и солдат для штурмовой группы М-31 и 8–10 – для штурмовой группы М-13.

О напряженности боев и об огневых задачах, выполненных реактивной артиллерией в боях за Берлин, можно судить по количеству реактивных снарядов, израсходованных в этих боях. В полосе наступления 3-й ударной армии было израсходовано: снарядов М-13 – 6270; снарядов М-31 – 3674; снарядов М-20 – 600; снарядов М-8 – 1878.

Из этого количества штурмовыми группами реактивной артиллерии было израсходовано: снарядов М-8 – 1638; снарядов М-13 – 3353; снарядов М-20 – 191; снарядов М-31 – 479.

Этими группами в Берлине было уничтожено 120 зданий, являвшихся сильными очагами сопротивления противника, разбито три 75-мм орудия, подавлены десятки огневых точек, убито свыше 1000 солдат и офицеров противника.

Итак, наша славная «Катюша» и ее несправедливо обиженный братец «Лука» стали оружием победы в полном смысле этого слова!

Хронология создания боевых машин реактивной артиллерии

через пять лет, уже в СССР начались разработки реактивного снаряда В. А. Артемьевым и Н. И. Тихомировым;
в период 1929 – 1933 г.г. группа под руководством Б. С. Петропавловского создали прототип снаряда для РСЗО, но установки для запуска использовались наземные;
на вооружение ВВС реактивные снаряды поступили в 1938 году, маркировались РС-82, устанавливались на истребители И-15, И-16;
в 1939 году их использовали на Халхин-Голе, затем стали комплектовать боезаряды из РС-82 для бомбардировщиков СБ и штурмовиков л-2;
начиная с 1938 года, другая группа разработчиков – Р. И. Попов, А. П. Павленко, В. Н. Галковский и И. И. Гвай – трудились над многозарядной установкой высокой мобильности на колесном шасси;
последнее удачное испытание перед запуском БМ-13 в серийное производство завершилось 21 июня 1941 года, то есть за несколько часов до нападения фашистской Германии на СССР.

На пятый день войны аппарат Катюша в количестве 2 боевых единиц поступил на вооружение главного артуправления. Через два дня, 28 июня из них и 5 опытных образцов, участвовавших в испытаниях, была сформирована первая батарея.